Вот эти слова я не использовал ни в одной песне. Тогда я отдавал дань уважения классическому хип-хопу. «Послание» одна из первых песен, услышанных мной, когда я только начал увлекаться рэпом. Помню эти строчки: «Мне это по душе/Я безумен настолько, насколько меня сделали безумным». Мне кажется, я хотел написать «Что и мне это нравится», но я всегда сочиняю второпях.

Почти в самом низу этого листка написано: «Господи, эти ублюдки пристрелили меня». Возможно, я фантазировал на тему, как меня самого подстрелили. Насколько связаны эти строчки, я не знаю.

Здесь я упоминаю операционный стол, как в песне «Без меня», но прямой отсылки нет. Эти рифмы я написал целую вечность назад. Это понятно по нагромождению других строчек, объема рукописного текста. Позднее я начал писать мельче, да еще и с наклоном.

Я рэповал на ремиксе песни Ноториус Бига «В корне не прав», и помню, что написал эти строчки буквально за 10 минут. Мне были близки слова Бигги, а ритм был просто какой-то безумный. Как только я ловлю ритм, слова лирики складываются сами собой, они выстреливают из меня сплошным потоком.

А вот эти слова, именно в такой форме, взяты из песни «Маршалл Мэтерс». Наверху есть строчка «подайте в суд». Все потому что я постоянно думал о судебных разборках. После того как на вас в суд подает собственная мать, начинаешь задумывать об ответственности по любому поводу. Начинаешь думать: «А так я могу сказать? А вот так?».

Здесь я написал о самоубийстве моего дяди Ронни. Как-то раз мы рэповали еще будучи мальчишками, а он взял нас и записал. Я всегда хотел использовать эту запись на моем втором альбоме. Но мои родные прямо сорвались с цепи, и запретили мне такое. Сперва они вроде как были не против, потом против, потом снова «за». Они вообще взяли и сделали из этого какую-то проблему. Достали меня так, что в итоге я решил все послать. Здесь же есть обрывки моей лирики из песни Бигги «В корне не прав».

«Record Plant» так называется большая студия звукозаписи, в которой я записывался в Голливуде. На эту страничку, в самом верху, попала лирика из песни «Наркотическая Баллада», другие строчки из песни, которая называется «Амитивиль» с альбома «The Marshall Mathers LP». Когда прихватив с собой листы с лирикой, я отправляюсь записывать вокал в специальную вокальную будку, в студии, копаюсь во всей этой макулатуре, подбирая нужные рифмы. В то время мы записывались на пяти сантиметровую ленту, не пользовались всеми благами технологии, той же компьютерной программы Pro-Tools. Все приходилось записывать с первого дубля, причем при малейшей ошибке, все записывалось заново.

На этом изодранном клочке бумаги, в правой части, я сделал для себя пометки-напоминания. «Не забудь отправить кое-что Нэту Эдне». Таким образом, я напоминал себе о необходимости отправить поздравительную открытку моему младшему брату, и передать привет от моей тетки Эдны. Слова «Новая Версия» (New Edition) напоминали мне достать их CD. «Зарегистрировать пистолет», напоминание мне о том, что необходимо получить разрешение на ношение оружия. На других страницах я также пытался рифмовать такие словосочетания как «гильза» (shell casing) и «бандитские понятия» (gangster basics).

Часть этих стихов взята из песни «Злобная Блондинка», которую я так никогда и не выпустил. Был такой прикол между мной и Пруфом. Мы проводили совместный тур под слоганом «Warped Tour», и, по большому счету, это было наше первое настоящее турне, и мы бухали и экспериментировали с экстези. Каждый вечер, если я не влезал с кем-то в драку, мог сесть в гастрольный автобус и толкнуть речь с «цепляющими фразочками». Стоял на столе и декламировал: «Моя яркая цитата, какая она? Я могу забороть любого мудака. Одним махом». На следующий день все прикалывались надо мной, потому что я постоянно говорил одно и тоже. Одно время, была у меня привычка, драться по совершенно идиотскому поводу. Глупее просто не придумаешь. Развилась настоящая паранойя, ощущение, что другие постоянно злословят обо мне за моей спиной, хотя довольно часто такого не было и близко. Признаю, я заводился по тому или иному поводу с пол оборота. Мне очень повезло, что из-за подобного поведения я не вляпался в реально серьезные неприятности.

А вот это я зря. Эту песню я собирался начитать вместе с Хейли и хотел заставить ее сказать фразу «Иди в жопу!». Она ведет себя в студии очень расковано и естественно. Хейли появлялась в студии с пеленок, со времен записи песни «Только между нами двумя», когда я решил записать детское лопотание. Она подкинула идею «Мой папочка спятил». Я гонялся за ней по студии, а ей оставалось только кричать: «На помощь! Пожалуйста, помогите!».

На съемках «Восьмой Мили», мне пришлось вспомнить собственное прошлое. То время, когда у меня еще не было никаких личных амбиций, когда меня еще не знали под сценическим именем Эминем, когда я был никем. В песне «8 миля» есть строчка о том, как страшно подниматься на сцену, как столбенеешь только от самого факта пребывания на подмостках. Помню, как все эти переживания прямо таки накрывали меня. В клубе «The Hip Hop Shop» состязания в начитывании в свободном, импровизированном стиле занимали в моей жизни важнейшее место, а сама сцена напоминала боксерский ринг. Победил в поединке, значит, стал чемпионом тяжеловесом. Другие фри стайлеры, в словесном поединке, чтобы достать противника, могли сыпать личными оскорблениями. Если вы жили на стоянке для жилых автоприцепов, в одном из таких фургончиков, вместе со своей мамой, и носили вещи из сэконд хэнда, по ходу поединка, слышали об этом. Ваш образ жизни, словно упрек, кидался вам в лицо. Мой герой в «Восьмой миле» старается найти свое место в жизни и как-то изменить свою жизнь.

Для того, чтобы записать грохот поезда в начале песни «8 Миля», я послал одного из своих помощников к железнодорожной линии, пересекающей дорогу Восьмой Мили, и он отправился туда, прихватив с собой маленький магнитофончик и микрофон. Мне захотелось, чтобы он сделал запись, стоя четко на том самом месте, где когда-то я перешагивал ж. д. пути, по дороге в школу. Послушав в записи грохот того поезда, я решил, что нам стоит замиксовать этот эффект с драм машиной, и вот это сочетание практически создало мелодию той песни.

Песню «Кадриль» я сочинил прямо на съемочной площадке «Восьмой Мили». Работал над музыкой между съемками в сценах этого фильма, тогда же придумал басовую партию. Кажется, что это пульсирует не бас, а звучит рок-гитара, вы не находите? По крайней мере, такая гитара звучала в моей голове. Помню, как ломился в студийный трейлер и напевал эту мелодию Джеффу Бассу и Льюису Ресто. Два настоящих мульти инструменталиста. Я могу промычать всего одну строчку, им этого вполне достаточно. Эти ребята схватывают мою задумку на лету, и я всегда не уставал этому поражаться.

Будучи мальчишкой, я часто смотрел «Бэтмена» по черно-белому телеку моей мамы. Мне захотелось, чтобы в рэповой версии песни «Бизнес», мы с Дре выступали в роли спасителей хип-хопа. Он натуральный Бэтмен, а я – Робин. Когда я познакомился с Дре и он по достоинству оценил мои потуги на творчество, это помогло мне поверить в себя. Ведь в лице Дре я испытывал благоговение перед знаменитостью. После знакомства, все события в моей жизни закрутились со сверхсветовой скоростью. В финальной версии этой песни есть строчка о том, что мы собираемся «раствориться в горах». После заброса в горы, мы планировали отрастить себе бороды и почудить. Да, собственно, я уже успел начудить, поэтому, когда Дре начнет чудить, нам придется реально переселяться в горы.

«Маршалл больше никому не нужен. Всем подавай Шэйди. Я – изгой». Я жалею о том, что прочитал эти строчки в песне «Без меня», потому что на самом деле не считаю себя изгоем. Стоит прославиться, и твои фанаты рассчитывают, что ты будешь вести себя определенным образом. Поэтому я понял, что просто обязан играть роль Шэйди, причем постоянно. Меня это нисколько не обламывало, ведь мне по душе эта роль. Однако, мне хотелось поговорить об этой проблеме в песне. Когда я стебался над Крисом Кирпатриком и Линн Чейни, с моей стороны это был такая притворная, не настоящая злоба. Я просто решил развлечь себя и других. Даже несмотря на то, что «The Eminem Show» была моей третьей по счету пластинкой, я продолжал считать себя фри стайлером из андеграунда. Я мучил себя вопросом: что я должен говорить для того, чтобы все считали меня уважаемым рэппером? Все потому что во времена рэповых битв в клубе «The Hip Hop Shop» я мог говорить со сцены все, что угодно, и никого мои слова не задевали. Но потом ты делаешь себе имя, и все внимают каждому твоему слову.

Когда начинают вспоминать и обсуждать мою песню «Супермен», только и говорят что о Марайе Кэри. Неужели именно она послужила вдохновением для сочинения этой темы? Да, можно сказать и так. Не хочу давать повод для пересудов в желтой прессе, но если вы умеете уловить скрытый смысл, и внимательно послушаете эту песню, поймете, к чему я клоню. Я записал эту вещь под конец работы над альбомом «The Eminem Show». Мне захотелось спеть таким же вкрадчивым голосом, как это делает Эл Эл Кул Джей, как он нашептывает слова в своей песне «Мне нужна любовь». Одно время добрые, старые песни о любви было модно напевать мягким голосом, и таким игривым тоном. В «Супермене» героиня песни, девушка, она думает, что я пою ей серенады, но на самом деле я признаюсь ей в том, что она меня уже задрала. На момент создания этой песни я только недавно развелся с Ким, и не собирался повторять прошлых ошибок. Можно сказать, что этой песней я словно делал заявление о том, что от меня песен на любовную тематику вы точно не дождетесь.

«Когда музыка замирает», была такая песня D12, и однозначно то время было для нас временем процветания. Пришло понимание, что нам удалось добиться успеха. Я считал, что ребятам удалось выйти на новый уровень рифмования, еще лучше, чем прежде. В этой песне есть одна из моих любимых рифм Пруфа, и это одна из лучших песен D12. Когда я начитывал свой текст, надолго сбился с ритма. Пока рифмовал, до вступления ритма, всем присутствовавшим в студии настолько понравилось, что они замахали руками, и начали беситься. Когда получаешь подобное одобрение, хочется продолжать начитывать свой текст. Мы тогда знатно повеселились. Когда пришел Дре и послушал, что у меня получилось: только и смог сказать: «Блин, класс!».

Как только артист, музыкант выходит на определенный уровень, потом становится мишенью. Недоброжелатели начинают говнить. Эти же доставучие типы начали критиковать одну мою очень старую запись, которую я сделал еще мальчишкой, и в тексте часто повторял слово «черномазая». Много лет назад я записал песню в подвале какого-то пацана, песню об одной чернокожей девчонке, с которой я встречался, после того как в нее влюбился. Я не собирался делать эту вещь «достоянием гласности». А через несколько лет, кто-то откопал эту песню и попытался использовать ее против меня в качестве неудачной шутки. Даже несмотря на то, что я решил проблему и извинился, в песне «Дорога из желтых кирпичей» все равно есть такая строчка: «Я ошибался, какой бы расы не была та девчонка, она все равно остается шлюхой». Я должен играть роль самого извращенного расиста, давая отпор всем этим неудачникам в той же самой жесткой манере, в которой они пытались загнобить меня.

Песню «Привет, Мадам» мы записали для «Cheers», первого альбома Оби. Можно подумать, что в тексте я избиваю женщин, но это не так. Это песня о тех девчонках, которые готовы с вами трахнуться для того, чтобы прославиться. Это своего рода предупреждение: возможно, вы решили, что знаете меня, потому что купили мою пластинку и видели меня по MTV, но вы ничего не знаете. Если вы подтруниваете над моими чувствами, вы можете не на шутку завести меня, а вам бы этого не хотелось.

 

Перевод – Дмитрий Doomwatcher Бравый

0 59